В День памяти жертв голодоморов читайте интервью с вдовой Джеймса Мейса от которого мир узнал о трагических событиях 30-х годов в Украине и ставший инициаторм проведения первой акции "Свеча в окне".
В четвертую субботу ноября мы традиционно зажигаем свечи, молимся и вспоминаем всех невинно погибших - известных и неизвестных.
В эти дни на слуху имя человека, который одним из первых исследовал тему украинского Голодомору, американца Джеймса Мейса.
Как известно, он работал над темой Голодомора в Украинском научно-исследовательском институте Гарварда, где, в частности, вместе с Робертом Конквестом участвовал в исследованиях для его книги "Жатва скорби".
С 1986 по 1990 был исполнительным директором Комиссии Конгресса США по Голодомору, руководил ее повседневной работой и заключал проект выводов комиссии. В тех выводах четко говорилось, что голод 1932-33 годов в Украине был геноцидом против украинцев! Это стало открытием миру нашей трагедии. С 1993 года и вплоть до своей смерти, до 2004-го, Мейс жил в Украине.
Накануне чествования печальной даты корреспондент УНН встретилась с его женой Натальей Дзюбенко-Мейс. Она всегда была верным другом и соратником Джеймса. И сейчас пытается продолжить его дело.
- Джеймс Мейс писал в своих воспоминаниях о начале изучения темы Голодомора в Украине. Почему эта тема стала основой для его исследований?
Об этом много писал и Джеймс, и я. Ваш вопрос всеобъемлющий и очевидно об этом можно много говорить. Представьте себе, молодой, образованный юноша, имеющий кровные связи с племенем Чероки в Америке и вообще не имеет никакого отношения к Украине и не знает, где она находится - знал, что есть Европа и знал ее историю.
Что есть Украина - он услышал в свои 18 лет. Еще будучи студентом, он попал на лекцию профессора Романа Шпаглюка - выходца из Украины, преподавал в Мичиганском университете. Это была история Средне-Восточной Европы. Тогда Джеймс впервые услышал о масштабном голоде в Украине. Цифры, озвученные Шпаглюком его ужаснули. Он просто не мог в это поверить, что в 20 веке цивилизованный мир смотрел на это и молчал. Джеймс решил доказать, что в этом нет никакой логики. Он был очень одаренным и талантливым человеком, имел музыкальный слух и хорошую память. Он просто сел со словарем и начал изучать историю Украины. Так прочитал за месяц одну книгу, за следующий месяц прочитал вторую. Третью книгу он прочитал за день. Впоследствии это стало темой его докторской диссертации. Кстати, Джеймс Мейс - единственный, кто защитил на Западе тему по истории Украины. Хотя у нас много иммигрантов, имеющих академические регалии, однако исследования истории Украины среди западных исследователей было непрестижным, а также опасным. За этим также следила советская пропаганда.
- Наталья, книга о Голодоморе долгое время была закрытой ... Какие наибольшие трудности возникали в свое время в исследовательской деятельности Вашего мужа?
В Америке трудностей исследованиям не возникало. Кроме того, по его работой постоянно наблюдало одно из информационных агентств. Оно информировало наше правительство о деятельности комиссии Джеймса Мейса. Хотя приходили люди из советского представительства и предлагали заняться какой-то другой темой, например, казачеством, лишь бы он не занимался темой Голодомора. Никто не ожидал, что в результате получится четырехтомник, в который вошли три тома устных показаний и рапорт Американского конгресса, в котором черным по белому написано, что это был Геноцид украинского народа. Джеймс понимал, что много свидетельств очевидцев могут быть кривым зеркалом, потому что каждый человек пытается показать себя в выгодном свете. Поэтому мой муж разработал своеобразную сетку вопросов для каждого интервьюера. Джеймс откровенно говорил, что очень больно каждый день выслушивать эти страшные истории. Я знаю о чем он говорил, так как в то время сама работала над этой книгой.
- С какими трудностями столкнулся в Украине Ваш муж, когда опубликовал результаты своих исследований? Был шантаж?
В 90-х годах в Украине не нужно было угроз, поскольку тебя просто не замечали. Например, приходишь в газету, приносишь фундаментальную статью, в которой говорится о раздвоении личности, о тоталитаризме как о бацилле, которую трудно уничтожить в себе, а в ответ слышишь, что твой материал готовы напечатать за 200 долларов. У Джеймса были постоянные проблемы с обнародованием материалов. Фактически постоянной площадкой для печати была газета "День". Первая статья, которую он написал, была о децентрализации власти. Хотя статью так никогда и не было полностью опубликовано.
- Запрещала ли тогдашняя власть Джеймсу Мейсу печатать какие-то тексты?
Он не имел дел с властями. Была "Просвита" и газета "Современник", где он иногда печатался. Однако более 50% его выступлений на конференциях и его статей до сих пор не опубликовано из-за недостатка средств. До сих пор не издана его основная работа - докторская диссертация.
- На Ваш взгляд тема Голодомора в Украине сейчас получит широкого огласку?
Существует психологический барьер, который человек не может вынести. Она может откликнуться на смерть ребенка, но после этого может быть очень холодной, если услышит, что легла тысяча. Далее следуют числа ... После работы в издательстве я год проболела. Не каждый человек может взять тот трехтомник и прочитать его полностью.
- Вы довольны как эту тему подают сейчас в школе?
Нет, не довольна. Поскольку отсутствует бережное отношение к детской психики. Как то пришлось прийти в одну школу, где директор выставил в коридоре стеллажи о Голодоморе, на которых были фотографии убитых людей. Я ужаснулась и отказалась там выступать. Потому что для детей было достаточно и этого. Джеймс бывал иногда на отмечаниях Голодомора, где собирались крестьяне и маршировали солдаты ... Джеймс ужасался. Он говорил, что нам нужна человечная форма понимания таких вещей. С этого фактически и вышла идея "Свечи в окне" (теперь общенациональная акция - Ред.). Даже молитва, звучит, написанная мной. Хотя, когда ее услышала возле Мемориала даже не узнала. Иногда кажется, что такие материалы написаны не тобой, а Всевышним, будто кто-то тебе надиктовал.
- Какой след эти трагические события оставили на украинской ментальности?
Он (Джеймс Мейс - Ред.) об этом писал. Голодомор подорвал ментальность и духовные основы человека, которая держит дверь открытой (ибо закон гостя, которого принимают всегда). Не стало этого добродушного, доброжелательного, открытого, честного,а главное отважного человека. Народ уже власти не доверял, соседей боялся. Произошел разрыв. Человек начал жить в какой двойной реакции.
- В своей речи Вы говорили, что Джеймс предусматривал захватнические действия России. На чем строились его прогнозы?
На истории. Джеймс имел большо бинокулярное историческое зрение.
- Вы говорили ранее о связи 30-х годов и сегодняшних, скажите, в чем он заключается?
В обоих случаях мы имеем дело с одной силой. Там хотели уничтожить Украину, как государство и как нацию. И тогда, и теперь украинский народ был не удобный, не выгоден. Требовалась Малороссия. Им (России - ред.) нужны малороссы, которые будут стоять в позе, в которой сейчас стоит очень много русских - зазомбовано, для которых будет царь-батюшка превыше всего.
